Лекции по античной философии, которые известный профессор прочитал студентам ВГИКа в 1978-1980 гг.
«Ммм, наверное это будет что-то увлекательное, не зря же Мамардашвили знаменит, и в то же время понятное, ведь вуз непрофильный», — подумала я, кидая книгу в корзину.
[зловещий хохот]
Ничего подобного.
Начну с того, что профессор, похоже, и не ставил задачи изложить развитие философской мысли, как это обычно бывает в лекциях. Ну там: был такой философ Анаксимандр, считал то-то и то-то; потом появился Пифагор, внёс то-то и то-то… В таком духе.
Ничего этого нет. Рассказ строится так, как будто мы уже всё это знаем, более того, мы прочитали все возможные первоисточники и теперь взялись о них крепко подумать. Для меня это стало проблемой.
Вторая проблема — в книге нет определений, при том что непонятные термины вводятся постоянно.
Третья проблема — очень странные, мягко говоря, высказывания, которые время от времени делает профессор. Например:
❞
Культура, противоположная греческой, — это, конечно, российская культура […] Что является самым близким нам и самым понятным в традиционной русской культуре? Мы всегда моральны завтра и всегда моральны вместе. Сегодня необходимо обманывать, говорить неправду, уступать, но ведь все объяснимо, все разумные люди это прекрасно понимают. Но завтра — ведь я же знаю, что я хороший и добронамеренный, — сделаем добро, и, более того, все вместе.
Или настойчиво пихает своё диссидентство:
❞
Абсурдно говорить о том, что Гитлер мог бы распустить колхозы, то есть отказаться от формы, вытекающей из природы нацизма и являющейся идеальным средством тотального контроля над населением.
Напоминаю, лекции всё ещё об античной философии.
Но самая главная проблема — текст запредельно сложный. Да что там, прямо скажем: несусветная заумь. Уже на второй лекции я махнула рукой на то, что многое мне непонятно. После прочтения главы я часто не могла сказать, о чём она была (зато стало понятно, почему лекции называются просто «Лекция 1», «Лекция 2»). Бывало такое, что невозможно было пересказать даже пару абзацев, потому что текст был похож на созданный генератором случайных слов, настолько одно предложение не вытекало из другого.
Просто пример стиля, чтобы не быть голословной:
❞
В словесном текстуальном описании, когда речь идет о предельном и беспредельном, Пифагор, указывая на то, что беспредельное (то есть уходящее в дурную бесконечность) там, где не происходит изменение сознания, конституирования в человеке некоей структуры, обозначает эту проблему в предположении, что структура — это неминуемо конечное (конечное в смысле отличия от дурной бесконечности).
Впрочем, нельзя сказать, что это было бесполезное чтение. Встречались и интересные моменты. И от книги я пока избавляться не буду. И даже планирую почитать ещё лекции о современной европейской философии. Из упрямства, наверное. И из жадности, книжка-то уже куплена.
Подводя итог, это была одна из самых мозгодробительных книг в моей жизни, а я вообще-то три года изучала теоретическую физику в техническом вузе. Только вот физику я не хотела понимать, но могла, если прикладывала усилия, а тут я понять хотела, честно старалась, но так и не смогла.
Интересные разделы
История
Культура
Психология
Искусство
Философия
0 Комментариев